Кассацию по иску УК "Первая" к Euroclear Bank перенесли
Подобные дела привлекают внимание не только участников рынка, но и юристов, поскольку затрагивают сразу несколько валют, юрисдикций и правовых режимов.
МОСКВА, 22 июл – РИА Новости. Арбитражный суд Московского округа перенес на 26 августа рассмотрение кассационной жалобы АО «Управляющая компания «Первая». Компания оспаривает судебные решения двух инстанций, которые ранее отказали ей в иске к бельгийскому Euroclear Bank о взыскании около 130 миллиардов рублей по нынешнему курсу.
Речь идет о крупной сумме, сформированной из нескольких валютных требований. По данным компании, общий объем претензий включает свыше 1,5 миллиарда долларов, более 110,1 миллиона евро, свыше 1,6 миллиарда рублей, а также меньшие суммы еще в девяти иностранных валютах. Такой масштаб иска подчеркивает сложность дела, поскольку оно связано не только с размером заявленных требований, но и с особенностями исполнения обязательств через международного депозитарного посредника.
Ожидается, что на следующем заседании суду предстоит вновь оценить доводы сторон и законность ранее принятых решений. Исход этого спора может иметь значение и для других участников финансового рынка, которые сталкиваются с аналогичными ограничениями и пытаются защитить свои права в судебном порядке.
В российской судебной практике подобные споры сейчас вызывают повышенное внимание, поскольку их исход может повлиять на дальнейшую судьбу активов, заблокированных в европейских депозитарных системах. Как сообщил РИА Новости источник, знакомый с ходом разбирательства, слушания по делу вновь отложены до того момента, когда станет ясна позиция Верховного суда РФ по аналогичным вопросам.
Речь идет об иске УК «Первая», ранее известной как «Сбер Управление активами», которая потребовала взыскать с Euroclear Bank убытки в размере стоимости ценных бумаг, заблокированных ответчиком. По словам участников процесса, бумаги, номинированные в иностранных валютах и принадлежавшие российским клиентам компании, оказались заморожены в 2022 году на счетах Национального расчетного депозитария (НРД), размещенных в депозитарии ответчика, после введения международных санкций.
Сторона истца настаивает, что блокировка активов привела к прямым финансовым потерям для инвесторов и управляющей компании, поскольку владельцы бумаг фактически лишились возможности распоряжаться ими, получать доход и проводить операции. Подобные дела нередко рассматриваются судами в контексте защиты прав российских инвесторов и оценки ответственности иностранных инфраструктурных организаций за последствия санкционных ограничений.
Ожидание позиции Верховного суда, как отмечают наблюдатели, может стать ключевым фактором для дальнейшего движения дела и для других аналогичных исков, которые также касаются замороженных активов. В зависимости от подхода высшей судебной инстанции, подобные споры могут получить единообразную правовую оценку и повлиять на практику взыскания убытков в схожих ситуациях.
Судебный спор в первой инстанции рассматривался Арбитражным судом Москвы, где истец ранее настаивал на том, что управляющая компания «Первая» фактически лишена возможности свободно распоряжаться ценными бумагами по вине ответчика, который, по его мнению, незаконно исполняет антироссийские санкции. В ходе разбирательства было отмечено, что каких-либо реальных оснований рассчитывать на скорую отмену ограничительных мер не просматривается, а предпринятая истцом попытка добиться разблокировки активов успехом не увенчалась. На этом фоне юрист поддержал требование о взыскании с ответчика полной рыночной стоимости ценных бумаг, полагая такой способ защиты прав наиболее обоснованным в сложившейся ситуации.
Дополнительно указывалось, что введенные ограничения затронули не только возможность распоряжения активами, но и саму экономическую ценность владения ими, поскольку бумаги формально остаются на балансе, однако фактически не могут быть реализованы, переданы или использованы в обороте. Истец подчеркивал, что без судебного вмешательства его права будут и дальше нарушаться, а понесенные потери — увеличиваться из-за невозможности полноценно управлять инвестиционным портфелем и извлекать из него выгоду.
Представитель ответчика, в свою очередь, возразил против заявленных требований и заявил, что их удовлетворение приведет к неосновательному обогащению истца. По его словам, в таком случае бумаги останутся у истца, а вдобавок он получит еще и их денежную стоимость, что создаст для него двойную выгоду и нарушит принципы справедливости и соразмерности. Ответчик настаивал, что заявленный способ взыскания не учитывает баланс интересов сторон и может привести к необоснованному перераспределению имущественных последствий спора.
Таким образом, ключевым вопросом в деле стало определение того, должна ли невозможность распоряжаться заблокированными бумагами компенсироваться их полной рыночной стоимостью либо же такой подход действительно повлечет возникновение неосновательного обогащения. От разрешения этого вопроса зависит не только исход конкретного спора, но и дальнейшая судебная практика по аналогичным делам, связанным с последствиями санкционных ограничений и защитой прав владельцев ценных бумаг.
По мнению ответчика, определять стоимость ценных бумаг истца исключительно по их текущей рыночной цене некорректно, поскольку даже при условной разблокировке активов в условиях действующих санкций у владельца возникли бы серьезные затруднения с их реализацией на иностранных площадках. В такой ситуации распоряжение бумагами, как утверждает сторона защиты, возможно лишь с заметным дисконтом на российском рынке, что существенно снижает их фактическую ликвидность и реальную экономическую ценность. Кроме того, подобные ограничения оказывают прямое влияние на возможность свободного обращения активов и требуют учитывать не только формальную котировку, но и практические барьеры для их продажи.Суд в своем решении указал, что удовлетворение требования истца о взыскании в его пользу стоимости облигаций, право на которые у него не прекращено и срок погашения которых еще не наступил, может привести к его неосновательному обогащению. Иными словами, если истец получит денежную компенсацию сейчас, хотя сам инструмент продолжает существовать и формально остается в его собственности, это будет означать получение выгоды раньше наступления предусмотренных законом и договором оснований. Девятый арбитражный апелляционный суд в октябре согласился с этой позицией и поддержал принятое решение, оставив выводы суда первой инстанции без изменения.После введения санкций в 2022 году против Национального расчетного депозитария (НРД) российские инвесторы и участники рынка столкнулись с серьезными ограничениями в распоряжении своими активами. Решения европейских стран привели к тому, что денежные средства и ценные бумаги российских клиентов оказались заблокированы на счетах НРД, открытых в европейских депозитариях Euroclear и Clearstream. Дополнительно под ограничения попали и средства, размещенные на счетах НРД в иностранных банках-корреспондентах, что еще сильнее усложнило проведение расчетов и переводов.
Фактически это означало, что доступ к части активов был заморожен, а операции с ними стали невозможны без снятия санкционных ограничений или специального разрешения со стороны зарубежных инфраструктурных организаций. В результате многие российские банки, компании и частные лица начали защищать свои интересы в судебном порядке и подали иски в российские суды к бельгийскому Euroclear Bank и люксембургской Clearstream Banking. Эти споры были напрямую связаны с блокировкой активов, нарушением привычных механизмов учета и расчетов, а также с попытками добиться разблокировки средств через правовые инструменты.
Ситуация вокруг заморозки активов стала одним из наиболее заметных последствий санкционного давления на российскую финансовую инфраструктуру. Она затронула не только крупных профессиональных участников рынка, но и широкий круг владельцев ценных бумаг, для которых ограничение доступа к активам обернулось финансовыми потерями, неопределенностью и длительными судебными разбирательствами.
Источник и фото - ria.ru
